среда, 1 апреля 2015 г.

Душа балета. Часть 3

Итак, в 1964 году, во время первых же гастролей Кировского театра в Париже, Рудольф Нуреев принял решение покинуть СССР и остаться за границей. С учетом репутации Нуреева, спецслужбы предполагали подобный исход, в связи с чем особенно пристально наблюдали за танцором. Надо заметить, что он давал множество поводов для «волнения» - возвращался, когда ему вздумается, а также проводил очень много времени не с членами своей труппы, а с французскими коллегами.

Гастроли театра за границей должны были продолжиться в Лондоне, однако, когда труппа прибыла в аэропорт, Нурееву был вручен билет в Москву, якобы, его ждали для выступления на торжественном спектакле в Москве. Рудольф насторожился, уж очень подозрительно выглядела ситуация. Сотрудники КГБ заверяли, что после выступления Нуреев догонит своих коллег в Лондоне, однако, тот не поверил, решил, что больше его вообще не выпустят за границу и решил бежать. В этом ему помогли новые друзья, провожавшие Нуреева в аэропорт. Те связались с французской полицией, которые сообщили, что Нуреев должен лично выйти на связь с представителями власти, только в таком случае ему могу оказать помощь, что и было сделано в итоге.
На родине после такого предательства сотрудники КГБ начали откровенную травлю Нуреева, как и других перебежчиков тех времен. Более того, Рудольф Нуреев оказался заочно приговорен к тюремному сроку. Сам же Нуреев ничуть не испытывал угрызений совести, в течение нескольких лет ему пришлось разъезжать с временными документами, но его это совершенно не смущало. В итоге, ему все равно выдали австрийское гражданство.

Но вернемся к Парижу, где Нурееву тут же был предложен контракт с балетом Маркиза де Куваса. Увы, там наш герой долго не задержался – некоторые постановки пришлись ему не по душе. Он начал ставить собственные балеты, первым был «Щелкунчик», в котором также приняла участие балерина Розелла Хайтауэр, которую он очень уважал. А чуть позже состоялось знакомство с балериной Марией Толчиф, которая, в последствии, познакомила Нуреева с Эриком Бруном, ставшим на долгие годы сердечным другом Нуреева. Так как Толчиф собиралась танцевать с Бруном в Копенгагене, Нуреев тоже перебрался туда. Ежедневно вместе с Бруном он репетировали до изнеможения, а в итоге это сотрудничество двух талантов и сердец вылилось в новую версию «Лебединого озера», приемы из которого до сих пор используют некоторые балетмейстеры. (с) Танцуйте, будьте в ритме! Ваш Леонид Левин

Комментариев нет:

Отправка комментария